СТРОЙ И ЦОЙ. Захар Прилепин, писатель, военнослужащий
СТРОЙ И ЦОЙ
Захар Прилепин, писатель, военнослужащий https://max.ru/prilepin_official
В день памяти Цоя поговорим про строй. В смысле воинский строй.
Слушавшие Цоя наверняка замечали, что его обращения к военной тематике никогда не носили показательно пацифистского (вообще характерного для русского рока) флёра.
Достаточно вспомнить две его показательные и великие песни: Генерал и, скажем, Легенда. Генерал скорее песня об исходе героев, об исходе титанов:
Где твой мундир, генерал? / Спина, как струна? / Ты уже слышал отбой, / просто дождь бил по крыше твоей, генерал!
Забавно, что замечательную партию на клавишах сыграл в этой песне Борис Гребенщиков*, выступивший продюсером альбома Начальник Камчатки, где эта песня и прозвучала.
У самого Гребенщикова военные в песнях несли функцию обратную: они сами, не дождавшись отбоя, распускали войска.
Полковник Васин, как мы помним, в 1987 году собрал свой полк и сказал им: Пойдём домой! за что, вообще говоря, его должны были расстрелять как дезертира.
Но полковник Васин, напротив, стал символом роспуска Советского Союза.
Ту же самую функцию выполнял безымянный генерал из песни Гребенщикова Генерал 1992 года:
Мы больны тем, что столько лет пьём эту дрянь, и в придачу / Нам никак уже не различить, где враги, где свои!/ Генерал, ах, уедемте лучше на дачу, / Получать, генерал, кислоту из сосновой хвои.
Тут автор повторно выступал как провокатор, уверяя генерала, что врагов как бы и нет больше, призывая военачальника оставить фронт. Что страна в целом к тому времени и так уже сделала.
Лишь к середине 1990-х Россия попыталась вернуться в сознание и сохранить хотя бы Северный Кавказ, на что Гребенщиков отреагировал весьма жёстко: Моя Родина, как свинья, ест своих сыновей, гласила заглавная песня из альбома Сестра Хаос 2001 года. В том же альбоме Гребенщиков сформулировал ключевое для себя: Брат Никотин, / я не хочу ходить строем, / я хочу ходить один.
Один так один.
Всё бы ничего, если бы в 2022 году Борис Гребенщиков строем не вышел за пределы страны. И уже за её пределами напомнил ещё раз про местную нашу привычку ходить строем, только сделал это ещё более издевательски, посоветовав:
Чтобы уберечься от НАТО, Положите каждому в постель солдата, И мы будем ходить строем, Всех остальных уроем.
Не станем рассказывать, что в тех странах, где нынче Гребенщиков обитает, русофобская пропаганда достигла чудовищного накала и как раз там, чтоб уберечься от угрозы с Востока, натурально кладут каждому в постель по солдату НАТО. Что Гребенщикова, впрочем, нисколько не смущает.
Здесь время вернуться к самому понятию строй. О том самом строе Цой спел в песне Кукушка, ставшей, по сути, его завещанием:
Кто пойдёт по следу одинокому?
Сильные да смелые головы сложили в поле, в бою.
Мало кто остался в светлой памяти,
В трезвом уме да с твёрдой рукой в строю.
В строю.
Ещё раз.
В трезвом уме. И с твёрдой рукой в строю.
Потому что быть в строю честь и достоинство. Иначе окажешься однажды, сам и не заметив, в каком-нибудь другом строю. Будучи при этом, как дурак, уверен, что ходишь один.
Что характерно, и Гребенщиков, и Цой внуки офицеров НКВД. Дед Цоя, уверен, был бы внуком горд. А дед Гребенщикова не знал бы, куда деться от стыда.
* Борис Гребенщиков решением Минюста признан иностранным агентом.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции